ariuslynx (ariuslynx) wrote in bitter_onion,
ariuslynx
ariuslynx
bitter_onion

Category:

Ах, какая была держава!

Стихотворение Юрия Нестеренко периодически вызывает резонанс в медийном пространстве. Нередко потому, что люди не дочитывают его до конца и спешат строчить ностальгические отзывы о прекрасной стране, "которую мы потеряли".

По сети ходит байка о том, что в редакцию КПУ прислали стихотворение без последних двух строк... и они его напечатали!

UPD Не байка, а чистая правда. В газете крымских коммунистов это было. Потом, когда им объяснили, они выдавили из себя "извинения автору".
yury_nesterenko

Давайте проверим свои ощущения: о какой стране речь? ;)


Юрий Нестеренко

Ах, какая была держава!
Ах, какие в ней люди были!
Как торжественно-величаво
Звуки гимна над миром плыли!
Ах, как были открыты лица,
Как наполнены светом взгляды!
Как красива была столица!
Как величественны парады!

Проходя триумфальным маршем,
Безупречно красивым строем,
Молодежь присягала старшим,
Закаленным в боях героям -
Не деляги и прохиндеи
Попадали у нас в кумиры...
Ибо в людях жила - идея!
Жажда быть в авангарде мира!

Что же было такого злого
В том, что мы понимали твердо,
Что "товарищ" - не просто слово,
И звучит это слово гордо?
В том, что были одним народом,
Крепко спаянным общей верой,
Что достоинства - не доходом,
А иной измеряли мерой?

В том, что пошлости на потребу
Не топили в грязи искусство?
Что мальчишек манило небо?
Что у девушек были чувства?
Ах, насколько все нынче гаже,
Хуже, ниже и даже реже:
Пусть мелодия гимна - та же,
Но порыв и идея - где же?

И всего нестерпимей горе
В невозможности примирений
Не с утратою территорий,
Но с потерею поколений!
Как ни пыжатся эти рожи,
Разве место при них надежде?
Ах, как все это непохоже
На страну, что мы знали прежде!

Что была молода, крылата,
Силы множила год за годом,
Где народ уважал солдата
И гордился солдат народом.
Ту, где светлыми были дали,
Ту, где были чисты просторы...
А какое кино снимали
Наши лучшие режиссеры!

А какие звенели песни!
Как от них расправлялись плечи!
Как под них мы шагали вместе
Ранним утром заре навстречу!
Эти песни - о главном в жизни:
О свободе, мечте, полете,
О любви к дорогой отчизне,
О труде, что всегда в почете,

И о девушках, что цветами
Расцветают под солнцем мая,
И о ждущей нас дома маме,
И о с детства знакомом крае,
И о чести, и об отваге,
И о верном, надежном друге...

[А теперь последние 2 строки]

И алели над нами флаги
С черной свастикой в белом круге.


Tomorrow belongs to me (Будущее - это я)





Стихотворение  Нестеренко перекликается с еще одним известным стихом, который замечательно иллюстирует все майские парады, которые прошли в Москве и в этом и прошлом годах:

[Читать стихотворение:]

Бертольд Брехт


НЕМЕЦКИЙ ПАРАД

На пятый год вещал нам самозванный
Посланец божий, что к своей войне
Он подготовлен; есть, мол, танки, пушки,
Линкоры есть в избытке, а в ангарах
Бесчисленные самолеты ждут его приказа,
Чтоб, взвившись в воздух, небо затемнить.
Тогда решили мы взглянуть: какой народ, каких людей,
С какими думами и нравами он сможет
Объединить под знаменем своим. И мы тогда
Построили Германию к параду.

Вот катится пестрая масса
Пушечного мяса.
Всеобщий имперский съезд!
Кровавые флаги повсюду,
На каждом – рабочему люду
Крюкастый крест.

Кому шагать не под силу –
Ползет на карачках в могилу,
Во имя «его борьбы»,
Не слышно ни жалоб, ни стонов
От рева медных тромбонов,
От барабанной пальбы.

Плетутся жены и дети…
Пять зим, словно пять столетий!
За рядом тащится ряд, –
Калеки, старцы, больные,
А с ними и все остальные…
Великий немецкий парад!

Эсэсовцы-офицеры,
Его речами и пивом без меры
Упившись, шагают вперед.
Им надо, чтоб стал дерзновенным,
Внушающим страх и смиренным
И очень послушным народ.

Идут предатели. Эти
Теперь у всех на примете.
Соседей топили они.
Не спится домашним шпионам!
Им звоном грозят похоронным
Грядущие дни…

А вот штурмовые оравы,
Привычные к слежке кровавой,
Идут, отдавая салют.
В застенках собратьев терзая,
Они от жирных хозяев
Подачки какой-нибудь ждут.

А эти – под стражею, в сборе,
Шагают, о Марксе и Бебеле споря,
Друг друга берут в оборот,
Пока эсэсовец сонный
В лагерный карцер бетонный
Всех вместе не запрет.

Вот лагерные вахтеры,
Убийцы и живодеры,
Служат народу вполне.
Чтоб весел был и не плакал,
Секут и сажают на кол
По самой дешевой цене.

Вот судьи, вот прокуроры.
Ими командуют воры:
Законно лишь то, что Германии впрок!
И судьи толкуют и ладят,
Пока весь народ не засадят
За проволоку, под замок.

Жрецы медицинской науки
Идут, потирая руки;
Им платят со штуки, подряд.
И тех, кого мастер заплечный калечит,
Они латают, штопают, лечат
И шлют в застенок назад.

Тевтонские бороды всклоченные
Приклеив, идут озабоченные
Ученые нашей страны.
Нелепую физику новую,
С бесспорно арийской основою
Они придумать должны.

Идут на еврейках женатые,
Изменники расы завзятые.
Их спарят с немками тут,
Блондинкой заменят брюнетку,
И, словно в случную клетку,
Насильно в расу вернут.

Профессоры маршируют,
Их лоботрясы муштруют
И жучат, отставкой грозя.
Зачем для безусых отребий
Знать о земле и о небе,
Когда им думать нельзя?

Идут прелестные детки,
Что служат в контрразведке.
Доносит каждый юнец,
О чем болтают и мама и папа,
И вот уже мама и папа – в гестапо,
И маме и папе конец.

Идут сироты и вдовы.
Приманки для них готовы:
Роскошная жизнь впереди.
А нынче – всё хуже и хуже,
Затягивай пояс потуже
И жди, и жди, и жди…

О классовом мире болтая,
Надсмотрщиков наглая стая
За пару сапог и харчи
Велит батрачить рабочим,
Интеллигентам и прочим,
Но в барышах – богачи!

Вот Геббельса сброд зловонный!
Рабочим суют микрофоны
Для лживой болтовни,
И тут же бесправным страдальцам
Грозят указательным пальцем,
Чтоб не стонали они.

С гробами из цинка, рядами
Идут они к смрадной яме…
А в цинке – останки того,
Кто подлой своре не сдался,
Кто в классовой битве сражался
За наше торжество.

Всю ночь их пытали в подвале,
Они же не выдавали…
Вот открывается дверь.
Входят – друзья их в сборе.
Но недоверье во взоре:
Кому они служат теперь?

В патриотизме рьяном,
С флагом и барабаном
Сборщики ломятся в дом.
И, выклянчив в нищем жилище
Тряпье и остатки пищи,
Дают их нищим соседям потом.

Палач в шутовском одеянье
Швыряет им подаянье,
Но проку от этого нет!
И дрянь, что им в горло вперли,
У них застревает в горле,
Словно гитлеровский привет.

Вот булочники-бедняжки,
У каждого пухлый и тяжкий
Мешок суррогатной муки.
Приказ – великая сила!
Но из отрубей и опилок
Попробуй-ка хлеб испеки!

Крестьянин дорогою длинной
Шагает с кислой миной:
Ни гроша с поставки зерна,
А молоко для свинки
Ищи на черном рынке! –
И зол он, как сам сатана.

Идут избиратели сбором
На стопроцентный кворум
Голосовать за кнут.
На них – ни кожи, ни рожи,
У них – ни жратвы, ни одежи,
Но Гитлера изберут!

Идут христиане, от катов
Христовы заветы припрятав,
Иначе – тюремный срок.
Нацисты хохочут над ними:
Он изгнан богами иными –
Их мирный еврейский бог!

Мальчишек придурковатых
Учат: умри за богатых!..
Отдай им жизнь свою!
Учители злы, словно черти,
И парни больше, чем смерти,
Боятся струсить в бою.

Солдатам – суп и жаркое,
Чтоб шли на войну в покое,
Пока утроба полна,
Чтоб слепо за Гитлера драться,
Чтоб долго не разбираться,
На кой им дьявол война!

Шагают работорговцы,
Для них бедняки, словно овцы,
Которых каждый дерет.
Танки и пушки готовя,
Реками пота и крови
Должен платиться народ.

Так шли они страшным парадом,
А мы провожали их взглядом,
Крича, какого рожна
Вы молча шагаете к смерти
Во имя нацистов? Поверьте,
Ведь это не ваша война!


Перевод: АРКАДИЙ ШТЕЙНБЕРГ

Tags: поэзия
Subscribe
Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 83 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →